Лидия Свиридова: «За 10 месяцев этого года небоевые потери в армии — 270 человек»
Расследование чрезвычайного происшествия в воинской части Энгельса продолжается. В пресс-центре газеты «Комсомольская правда»—Саратов» состоялось два брифинга, посвященных теме побега рядового Романова: «Хроники оперативного задержания» и «Истинные причины дезертирства». Журналисты смогли задать вопросы инспекторам ГИБДД, проводившим задержание военнослужащего, его родственникам, а также председателю Союза солдатских матерей Лидии Свиридовой.
Беда случилась в ракетно-зенитной воинской части 40218 Энгельса. 19-летний рядовой Денис Романов (призван на службу в июле этого года из Пензы) находился на посту часового. Вечером, во время сдачи караула, он выстрелил из автомата в разводящего караула 23-летнего ефрейтора Владимира Михайлинова (призван на службу в июне 2009 года Городовиковским военным комиссариатом Республики Калмыкия), смертельно ранил сослуживца. Вооруженный Романов покинул пост. На улице Марины Расковой он подбежал к первому попавшемуся автомобилю. Это был «ВАЗ»-2109. Военнослужащий, угрожая автоматом владельцу «Жигулей», заставил его выйти из машины, на которой и попытался скрыться. Для сотрудников ГИБДД Энгельса был объявлен оперативно-поисковый план «Перехват».
— В центре города мы увидели белую «девятку», — рассказывает инспектор ДПС ОГИБДД г. Энгельса и Энгельсского района Андрей Зимарев. — Ее водитель нарушал правила дорожного движения, проезжал на красный сигнал светофора. Когда мы убедились, что это именно тот автомобиль, о котором нам сообщили, решили не принимать экстренных мер, в том числе не применять табельное оружие, что позволяет Закон «О милиции» для принудительной остановки транспортного средства. Нам передали, что у военнослужащего автомат и большое количество боеприпасов. На улицах было много людей, они могли пострадать. Оказавшись за чертой города, по громкоговорителю мы приказали угонщику остановиться. Вдруг увидели в машине вспышку, услышали выстрелы, «девятка» съехала в кювет. Это случилось перед самым селом Генеральским, не доезжая метров 30. Когда подошли к автомобилю, обнаружили, что солдат покончил с собой. При нем был автомат Калашникова и четыре магазина патронов.
— Наши сотрудники рисковали, хотя в тот момент думали не о риске. Инспекторы не открывали огонь: два пистолета Макарова — слабый аргумент против автомата. К тому же знали, у очередного поста ДПС, у села Красный Яр, уже были приняты меры, чтобы остановить угонщика, дорогу перегородили большегрузной машиной, — пояснил начальник отдела пропаганды ГИБДД ГУВД Саратовской области Иван Курносов.
Руководители военной прокуратуры Приволжско-Уральского военного округа и Саратовского гарнизона в воинской части Военно-воздушных сил, расположенной в Энгельсе, сообщают, что проводят проверку по факту гибели военнослужащих, а также проверку исполнения командованием требований закона при подготовке военнослужащих к несению караульной службы, ее повседневной организации и правил обращения с оружием. Военные прокуроры обещают, что «в ходе надзорных мероприятий будут тщательно выяснены причины поступка военнослужащего и обстоятельства, которые способствовали происшествию». Военный следственный отдел по гарнизону возбудил и расследует уголовное дело по ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство), ч. 2 ст. 338 УК РФ (дезертирство с оружием) и ч. 1 ст. 166 УК РФ (неправомерное завладение автомобилем).
До своего призыва в армию Денис Романов жил в Пензе с бабушкой: родители были в разводе и создали свои семьи. Во время брифинга саратовские журналисты получили возможность по телефону пообщаться с матерью Дениса Романова, Ириной Евгеньевной.
— Спросите у любого, кто знает Дениса, — вам скажут, что он честный, добросовестный, трудолюбивый, порядочный, — говорит Ирина Романова. — Он много занимался со своей сестрой, моей трехлетней дочерью, нянчил ее, когда она была грудная, помогал бабушке и дедушке. По характеру он спокойный. Дениса очень трудно вывести из себя. Должно быть, произошло что-то из ряда вон выходящее, если он совершил такое. Могу сказать точно, что это никак не связано с домом, друзьями, семьей. С девушкой, с которой Денис встречался раньше, поссориться не мог, потому что они расстались еще год назад. В последнее время у них были просто приятельские отношения. Она очень хорошая, самостоятельная, рассудительная, обидеть Дениса не могла.
По мнению Ирины Романовой, скорее всего, имел место какой-то конфликт внутри части. Возможно, создалась определенная ситуация, которая не дала выбора ее сыну. В то же время Ирина Евгеньевна не подтвердила информацию о том, что Денис говорил с бабушкой по телефону и жаловался на неуставные отношения в части. Он периодически звонил родным и сообщал, что у него все в порядке, говорил о хорошем отношении командиров. Семья Романовых строила планы, собирались вместе встретить наступающий год. В последний раз Денис Романов порадовал мать, сказал, что постарается получить увольнительную на праздничные дни, обещал приехать домой. Родные и друзья его ждали.
Вчера тело рядового Романова в цинковом гробу доставили в Пензу. В церкви отказываются отпевать сына Ирины Евгеньевны, пока не закончится следствие. Матери солдата предстоит выдержать процедуру экспертизы и расследования. Присутствовавшая на брифинге председатель Союза солдатских матерей Лидия Свиридова посоветовала Ирине Романовой, на что нужно обратить внимание при проведении экспертизы, к кому обратиться за помощью в Пензе. «Известиям» в Приволжье удалось связаться с отчимом рядового Романова Андреем Лавровым, который сказал:
— Денис был крепким парнем, ростом под два метра, очень уравновешенным. Не может быть, чтобы он убил человека просто так, его должны были довести до этого. Нам привезли закрытый гроб, но мы обязательно его вскроем, как бы страшно это ни было. Если на теле есть следы побоев, обратимся в военную прокуратуру.
— Конечно, совершено преступление, но мы не можем сейчас однозначно сказать, что Романов убивал, потому что не проведено следствие, — комментирует Лидия Свиридова. — Нельзя сейчас обвинять солдата. Пока он не был призван, он был хорошим человеком. А если в армии он стал убийцей, в этом виновата армия. Именно там вовремя не увидели испорченное настроение, угнетенное состояние, агрессию. Ведь есть же в воинских частях психологи, значит, в их услугах нуждаются. Психическое расстройство — это болезнь, и нельзя перестать болеть ею по приказу. Замечу, что в воинских частях и психологи, и офицеры не могут сейчас пожаловаться на то, что получают «копейки». Надо добиваться от них, чтобы они работали. Недавно был объявлен национальный траур в Перми. Там было увеселительное мероприятие, на которое люди шли добровольно. В результате погибло 150 человек. Сравните, за 10 месяцев этого года небоевые потери в армии составили 270 человек! Мы констатируем только факты. А речь нужно вести о роли должностных лиц, которые несут ответственность за людей. Пока мы не будем называть их фамилии, ситуация будет усугубляться, количество смертей будет увеличиваться. Солдат в нашем гражданском обществе ни как человек, ни как личность не существует. Мы возлагаем на призывников обязанности ни много ни мало — спасти нашу жизнь в случае войны. А сами к ним так относимся.
Руководитель Союза солдатских матерей пояснила: то, что Денис Романов не жаловался на неуставные отношения, не говорит о том, что их не было. Ведь в армии положено стойко переносить тяготы армейской жизни. Иногда молчание может быть объяснено ложным представлением молодых людей о мужской чести, которое на самом деле попросту прикрывает человеческую подлость. Плыть против течения всегда труднее, не каждый к этому готов.
— Вряд ли я соглашусь с выводами следствия, потому что знаю, как оно обычно в таких случаях ведется, — заявила Лидия Свиридова. — За два десятилетия работы нашей организации мы разбирали десятки трагедий. Не могу вспомнить случая, чтобы первоначальная версия, которая выдвигалась сразу, в первые часы после происшествия, к концу следствия претерпевала изменения. При выполнении любой, пусть даже незначительной работы, могут возникнуть неоднозначные мнения, может получиться не тот результат, который ожидался. Меня всегда удивляло, что в расследовании убийств в воинских частях по прошествии двух месяцев расследования подтверждается мнение следователя, которое он составил для себя в первые пять минут после случившегося.
