Сезон ураганов
Каждый из россиян имеет свое уверенное суждение об Америке, даже если он в ней никогда не был. Впиталось, вошло с генами. 30-летний попутчик в поезде, у которого оказались родственники в Штатах, на вопрос, почему не хочет познакомиться со страной, ответил: «А чо я там забыл?». Потом добавил: «Разве что увидеть врага в лицо?» И засмеялся своей шутке. Нам же внушали, что США — наш главный враг. Мы с мужем три раза гостили в этой стране, встречались с разными людьми, проехали по северо-западу и с севера на юг — от Нью-Йорка до Майами. Поэтому мои впечатления отличаются от впечатлений туристов, хотя и не претендуют на истину в последней инстанции. Может быть, они помогут развенчать какие-то нелепые мифы. Во всяком случае, не путать политические высказывания разных деятелей с реальным уровнем жизни населения в стране, как я ее назвала, «победившего социализма». Итак, миф первый...
В день нашего приезда на пляже вывесили красные флаги. Но ничего политического они не символизировали, а означали запрет на купание. Сентябрьский ураган Айк обошел стороной побережье Мексиканского залива в штате Флорида, но и за сотни километров отсюда не давал успокоиться океанской воде. На пляж накатывали совсем не высокие волны, но опасность была в том, что их направленность не позволяла купальщику выбраться из воды. На плакате у спасательной вышки стрелками было показано, что в такой ситуации нужно плыть вдоль берега, чтобы поймать другие волны, которые вынесут тебя на песок. На наш взгляд, все волны были на «одно лицо». Но американцы не нарушают порядков и даже в тихой воде послушно плавают вдоль берега на небольшой глубине, как рекомендуется, чтобы не попасть в зубы акулам, которые могут заглянуть в прибрежные воды. Только любители катания на досках от души кувыркались в волнах.
Пляжники мирно бродили вдоль кромки воды в поисках красивых раковин, разновозрастные бегуны в мокрых от пота майках сгоняли лишние килограммы, молодежь играла в волейбол или летающие тарелочки. Пожилые пары прогуливаются, трогательно держась за руки.
По вечерам картина на побережье еще более идиллическая: отдыхающие специально приезжают со своими раскладными креслами полюбоваться закатом, стайками чаек, шустрых куличков и неторопливыми пеликанами, скользящими строем над водой, как тяжелые бомбардировщики. Когда оранжево-малиновый шар солнца скрывается за горизонтом, окрашивая все небо яркими полосами, американцы аплодируют этому феерическому зрелищу, божественному финалу дня. Ураган — тоже спектакль природы, от его слепой силы по возможности защищаются. Дома строят на сваях, размещая на первых этажах только гаражи или открытые стоянки для машин и катеров. В местах отдыха массивные деревянные столы и скамейки, жаровни для барбекю, контейнеры для мусора и все, что может быть поднято сильным ветром, привязано цепями или вкопано в землю. На всем побережье есть огромные многоэтажные склады для комфортного хранения дорогих катеров и яхт.
Но сегодня Америку, как и всех нас, тревожит другой ураган. Наши друзья, американские пенсионеры, у которых мы жили во Флориде, начинали каждое утро с просмотра биржевых новостей.
— Мы уже потеряли часть пенсии в сентябре 2001 года, когда обрушился фондовый рынок, теперь можем потерять и все остальное, — говорит Леон. — Пенсионные накопления размещены в разных банках, в ценных бумагах, поэтому наше благополучие зависит от того, как государство выполнит свои обещания в помощи банкам и ипотечному кредитованию.
Американская семья живет не на наличные деньги, а по кредитным карточкам и, по сути, всю жизнь платит какие-то моргичи (кредиты) за квартиры, дома, яхты, машины. Есть и другие выплаты, например, за полученное образование.
— Наш сын, инженер-электронщик, имеет дом в Чикаго и таунхаус здесь, во Флориде, но из-за работы вынужден с семьей переехать в Калифорнию, где снимает жилье, — рассказывает наш друг. — Сегодня ни продать, ни сдать в аренду его недвижимость невозможно из-за низкого спроса, да и нет смысла продавать за копейки, которые никак не покроют те высокие ежемесячные взносы, которые он платит.
Чтобы как-то помочь сыну оплачивать хотя бы флоридский дом, родители переехали в него жить, поскольку нашли арендатора на свою квартиру в престижном кондоминиуме на 150 миль южнее. И, кроме того, Леон, программист по профессии, в свои 70 лет устроился на работу смотрителем музея.
Мы жили у них в гостях в трехуровневом таунхаусе с собственным лифтом, на берегу канала, впадающего в залив. Соседей рядом не было — семь секций из восьми пустовали. Хозяин вот уже второй год не может найти покупателей и несет, вероятно, немалые убытки, ведь территория освещается, бассейн функционирует, траву и цветущие кусты подстригают, опрыскивают удобрениями.
Пустуют дома и целые кондоминиумы всюду. И всюду… продолжается застройка новых дорогих участков дорогим жильем. Дело в том, что многие владельцы — жители Нью-Йорка или Чикаго. В этот благодатный уголок земли, где температура морской воды достигает 28-30 градусов и два-три раза в год снимают урожай фруктов или овощей, они приезжают только на время отдыха, а пенсионеры-северяне предпочитают жить на два дома, уезжая от зимы в лето. Этот самый южный штат страны вообще называют полуостровом пенсионеров. Если нет собственного жилья, его можно арендовать, причем с полным пансионом, и у малоимущих всегда есть возможность погреться на солнышке за счет государства. В городке Норс-Порт есть уникальное минеральное озеро, куда по линии соцобеспечения два раза в год можно приезжать на отдых и лечение. Любопытно, что, плавая в этом сероводородном озере, мы слышали вокруг в основном русскую речь, а в ресторанчике польские повара угостили нас украинским борщом со сметаной.
Вообще малоимущие, и не только старики, защищены государством так, что нашим и не снилось. На озере мы познакомились с бывшими киевлянами, физиками, докторами наук, ныне пенсионерами из Кливленда, Еленой и Иосифом.
— Мы получаем пенсию и различные выплаты, еженедельный бесплатный набор продуктов (хлеб, молоко, мясо, овощи, фрукты), — перечисляла Елена. — Можем вызвать бесплатное социальное такси, чтобы съездить в больницу, в торговый центр или еще куда нужно. Пенсионер получает скидки на коммунальные услуги и культурный досуг (кино, театр), есть бесплатные дни посещения музеев и выставок. Пусть мы не имеем возможности попасть на премьеру в нью-йоркскую Метрополитен-опера за тысячу долларов, но мы обязательно посмотрим ее прямую трансляцию в кинотеатре, имеющем договор с оперой, за десять долларов, и не только в Кливленде это можно, но и в любом городе страны. Уровень бытового сервиса, доступность услуг, идеальность дорог, принятое качество жизни в Америке одинаковы для всех граждан в маленьком городке или в столице. У вас может быть самая дешевая ванна в доме или из чистого золота, но вода в ней будет всегда, и холодная, и горячая. Особенно важна для нас полностью бесплатная медицинская помощь. У Иосифа обнаружили здесь рак почки, сделали операцию, сейчас он совершено здоров. В Киеве 15 лет назад мы были никому не нужными стариками, а наши профессиональные заслуги не сделали нашу жизнь благополучной. Эта страна дала нам многое, мы вновь ощутили себя людьми, о которых заботятся.
Такая господдержка пенсионеров (есть некоторая разница в медицинском обеспечении), наверное, очень разумна, потому что у молодых, даже если они потеряли работу или жилье, есть время, силы и здоровье, чтобы выкарабкаться из проблем и преодолеть кризис. Наш мудрый друг Леон очень переживает за детей и внуков и готов и дальше работать ради них, он клянет, как все американцы, Буша и других политиков, допустивших катастрофические обвалы котировок.
— А что ты хочешь, — говорит он, — капитализм — штука очень жестокая.
А еще шутит:
— Дожили — от хижины дяди Тома до барака Обамы. — И в этих его словах я вижу общеамериканское отношение к происходящему, как к неизбежности сезона ураганов, который надо пережить, не падая духом, не складывая лапки, потому что государство, где царит демократия, тебя не бросит. Не посмеет.
В следующем выпуске читайте об отдыхе и развлечениях.
