С прочными нервами по непрочному мосту
Борьба за сохранение моста «Саратов–Энгельс» началась еще в далеком 1995 году. Именно тогда при заместителе главы администрации областного центра состоялось совещание, на котором специалисты оценили техническое состояние сооружения. Они отметили, что «возраст эксплуатируемого моста такой конструкции является критическим» — на тот момент он составил 30 лет. После преодоления этого периода «дефекты развиваются в геометрической прогрессии». Завершив обмен мнениями, мостовики решили порекомендовать властям «произвести усиление речной части пролетного строения не позднее чем через пять лет». А перед этим выполнить первоочередные работы на мосту, состоящие из улучшения водоотвода и гидроизоляции, переустройства тротуаров, выноса коммуникаций, замены мачт освещения, карнизов, перил и других элементов. Прошло 16 лет... Что стало с мостом, может увидеть каждый. Достаточно пройтись по растрескивающемуся асфальту вдоль разваливающихся на части ограждений, сквозь которые чернеют арматурные прутья, и прочитать табличку перед входом на мост: «Внимание! Перила находятся в аварийном состоянии. Не облокачиваться».
— Капитальный ремонт моста, в основе которого тросовая преднапряженная арматура, согласно российской и мировой практике, а также постановлению Правительства РФ, должен проводиться каждые 35 лет, — говорит Олег Распоров, зампред Поволжского отделения Российской академии транспорта. — Есть инструкция по оценке такого объекта. Каждый ее пункт рассматривается по 5-балльной системе, и если хотя бы один элемент имеет оценку «два», то и весь мост получает «двойку». А здесь невооруженным глазом видно, чего заслуживает саратовская достопримечательность, не говоря уже о более детальном осмотре.
С Олегом Распоровым согласен Николай Вавилов, участник строительства моста «Саратов–Энгельс», бывший заместитель главного инженера мостоотряда №8. Несмотря на преклонный возраст — 86 лет, он до сих пор следит за судьбой своего детища.
— После выхода на пенсию я регулярно наведывался туда и видел много непорядка, дефектов, повреждений, — отмечает Николай Иванович.
Оба мостовика признают, что в течение полувека ни разу не была обследована подводная часть сооружения. Как пишет Николай Вавилов в своем замечании по заключению обследования моста в 2008 году, «даже при слабой агрессивности воды» за этот период «могут быть значительные изменения прочностных характеристик бетона». Все эти доводы недавно, в очередной раз за многие годы, были преданы огласке в СМИ. Долго ждать ответа не пришлось.
«Саратовские ученые высказывают мнение о возможном обрушении моста «Саратов–Энгельс». Однако материалы отчета института «Проектмостореконструкция» «Обследование и испытание пролетных строений и опор русловой части автодорожного моста через реку Волга «Саратов–Энгельс» в 2008 году и осмотр неразрезного пролетного строения моста, выполненный специалистами в 2012 году, не выявили аварийных железобетонных элементов, которые могли бы привести к снижению несущей способности. Иных авторитетных свидетельств об аварийной ситуации не существует», — резюмировал комитет дорожного хозяйства области.
— Как можно довести такое сооружение до такого состояния, — восклицает Татьяна Сиденко, бывший директор дирекции по строительству мостового перехода через реку Волгу у села Пристанное.
По ее утверждению, все ответы на письма, которые она писала в областное правительство, являются лишь отписками.
— Получила одинаковые ответы-близнецы. Я не понимаю, как по таким судьбоносным вопросам можно не иметь собственного мнения! — пишет Татьяна Юрьевна. — Неужели не видно, что вас ввели в заблуждение или имеет место ошибка? Физически нельзя: выполнить обследование и испытание моста в 2008 году, по его результатам разработать проектно-сметную документацию на капитальный ремонт, а заключение Главгосэкспертизы получить от 29 января того же 2008 года. Вранье какое-то.
Татьяна Сиденко, как и ее коллеги, обращает внимание на то, что согласно этому обследованию остаточный ресурс моста «может составить 20-25 лет». Как сказал Олег Распоров, даже несмотря на свой многолетний опыт, он бы не решился делать подобные прогнозы и вообще ставить какие-либо сроки по обрушению.
Кроме этого защитники моста отмечают, что откладывание ремонтных работ делает их с каждым годом все дороже. Кто-то из них предлагает передать мост, являющийся собственностью области, на федеральный баланс, если нынешние владельцы не могут справиться с ситуацией. А кто-то уже готов расписать вариант работ, когда капитальный ремонт будет осуществляться частями. При этом варианте легковым автомобилям придется ездить по мосту вблизи села Пристанное. Стоит отметить, что его обоснованием для строительства как раз и был будущий ремонт моста «Саратов–Энгельс» с закрытием переезда: дабы не оставить население без переправы через Волгу, а заодно расширить транспортную сеть. Но, как сказали эксперты, с момента постройки второго моста минуло 12 лет, а первый так и продолжает разрушаться, приближая транспортные, экономические, а главное — человеческие жертвы.
Некоторые специалисты давно не доверяют оценкам чиновников. Другие намерены идти до конца, собираясь в ближайшее время написать обращение первому лицу страны.
Многие ученые утверждают, что Россия вступила в эпоху техногенных катастроф, отсчет которой начался с аварии в 2009 году на Саяно-Шушенской ГЭС: 75 человек погибли, 85 получили ранения. В ходе расследования обстоятельств трагедии выяснилось, что часть креплений были некачественными. Среди обвиняемых в уголовном деле были ряд административных работников, руководивших станцией до аварии.
