Похищенное детство
Трагедия, случившаяся 6 сентября прошлого года, повергла саратовцев в шок. После уроков из Национальной татарской гимназии в центре города была похищена 12-летняя Ильнара Ягудина. Как рассказывает мама Ильнары Ягудиной, «это был первый год, когда дочь не встречали из гимназии».
— Ильнара перешла в шестой класс и попросила разрешения возвращаться домой одной, — рассказывает «Известиям» в Приволжье Алия Ягудина. — Я ничего в этом плохого не увидела. Дорога от гимназии до дома занимает всего несколько минут. В начале учебного года Ильнара только один раз самостоятельно возвращалась домой. Шестого сентября был второй раз, когда она должна была прийти из гимназии одна. Она была домашней. Кроме ребят в гимназии, у нее не было друзей. Доченька любила оставаться на «продленку» — там они гуляли, играли, общались. Поэтому домой она должна была вернуться к шести часам вечера.
Когда девочка так и не появилась, родители сообщили об исчезновении ребенка в полицию. Тогда же Ильдар обнаружил на своем телефоне смс-сообщение с требованием о выкупе в три с половиной миллиона рублей.
— Когда я это прочитал, меня ударил холодный пот, — вспоминает отец погибшей девочки Ильдар Ягудин. — Я не поверил, что это может быть со мной. Я готов был на все, чтобы вернуть ребенка.
Однако похитители, не дожидаясь ответа, зверски убили Ильнару. На теле школьницы эксперты насчитали свыше сорока ножевых ранений. После расправы тело девочки попытались сжечь. Обгорелый труп ребенка нашли на следующий день во дворе дома 23-летней Кадрии Мизиновой.
Оперативники вышли на след подозреваемой быстро. Видеокамеры, расположенные возле гимназии, зафиксировали момент, когда Кадрия пришла в гимназию и увела с собой Ильнару. В одном классе с Ильнарой училась племянница подозреваемой, поэтому, по версии следователей, девочка безбоязненно пошла со знакомой тетей. По версии следствия, озвученной на первых судебных заседаниях, в тот день Кадрия Мизинова встретила девочку у татарской гимназии и предложила подвезти ее, так как в тот день была непогода. Они сели в такси, доехали до пиццерии в Заводском районе, а затем отправились в дом Кадрии. После задержания подозреваемая дала признательные показания, в которых рассказала, что удерживала Ильнару на цокольном этаже примерно до шести часов вечера. Когда девочка начала выражать тревогу и попросила связаться с родителями, Кадрия решила ее убить. Кухонным ножом она стала наносить ребенку удары в грудь, живот, шею и другие части тела. Затем подозреваемая, по версии следствия, попыталась сжечь труп, но когда это не получилось, спрятала его за домом. По версии следствия, на эти действия Кадрию Мизинову толкнуло стечение обстоятельств: был арестован ее муж, она осталась с маленьким ребенком. Чтобы оплатить услуги дорогого адвоката, она через знакомых занимала крупные суммы денег. На заседании суда, прошедшем 22 мая, были допрошены многочисленные кредиторы Кадрии. Они рассказали, что женщина просила в долг под различными предлогами. Она занимала деньги на лечение и похороны отца, на похороны бабушки, на покупку машины. Также она говорила, что у ее ребенка опухоль мозга и ему требуется лечение. На последующих заседаниях выяснилось, что большая часть рассказанных подсудимой историй была неправдой. Соответствовала действительности только смерть отца, но, по словам матери Кадрии Халиды Мизиновой, семья не нуждалась в материальной поддержке. Сын и бабушка подсудимой оказались живыми и здоровыми. Учитывая эти обстоятельства, у Кадрии, по мнению следствия, был корыстный мотив совершения преступления. В подтверждение версии обвинения был допрошен таксист, который 6 сентября прошлого года подвозил Кадрию и Ильнару. Допрашивались люди, которые были очевидцами того, как Кадрия жгла что-то у своего дома. Брат погибшей Джамиль рассказал, что на следующее утро Кадрия подошла к их дому и неожиданно «с ухмылкой» поинтересовалась у него, «не нашли ли Ильнару?». Только спустя некоторое время юноша понял, что она не могла знать об исчезновении его сестры...
Кстати, как выяснилось позже, семьи Мизиновых и Ягудиных не только знали друг друга, но и были родственниками. Мать Кадрии Халида Мизинова — двоюродная сестра мужа тети Ильдара Ягудина, отца погибшей девочки.
— Мои родители работали на одном заводе с отцом Кадрии, — рассказывает «Известиям» в Приволжье родственница со стороны Ягудиных, не пожелавшая разглашать свое имя. — Мы общались с отцом Кадрии, ходили друг к другу в гости. Моя родная сестра дружила с бабушкой Руфии, одноклассницы Ильнары. Можно сказать, что мы со всех сторон знаем друг друга. Поэтому известие о жестоком преступлении, в котором обвиняют Кадрию Мизинову, нас повергло в шок. Мне известно, что она ходила в мечеть, молилась. Мой сын вместе с ней учился в одном классе, они общались. По характеру я бы могла ее охарактеризовать как взбалмошную девушку.
По словам родственницы Ягудиных, с чужими Ильнара не пошла бы. Кадрию она знала как тетю своей одноклассницы, поэтому поверила ей.
— Она была послушной, домашней девочкой, — продолжает рассказывать наша собеседница. — Семья у них очень хорошая. Ильнара была желанным ребенком, ее появлению все очень радовались, отец ее боготворил. Девочка готовилась к своему 12-му дню рождения, который у нее должен был состояться в конце сентября. У нее было счастливое детство, которое так внезапно оборвалось.
Спустя две недели после дачи признательных показаний Кадрия Мизинова стала отказываться от своих слов. На днях она представила новую версию. По словам подсудимой, 6 сентября прошлого года к ней якобы обратился «влиятельный мужчина», которому она доверяла и который был знакомым семьи Ягудиных. Он пообещал помочь с освобождением из заключения мужа Кадрии. Взамен попросил забрать из гимназии 12-летнюю Ильнару. В этом обвиняемая, по ее словам, ничего для себя предосудительного не увидела. Как рассказала Мизинова, она выполнила поручение своего знакомого, доставив девочку в пиццерию. Оставив ребенка с незнакомцем, подсудимая отправилась домой. Через какое-то время этот мужчина тоже приехал к ней, его лицо, со слов обвиняемой, было поцарапано, сам он был в крови. Визитер сообщил, что девочка убита, и все обстоятельства указывают на нее. Выйдя во двор, Кадрия обнаружила обгоревший труп ребенка. Незнакомец, с ее слов, заставил ее взять преступление на себя, сказав, что в противном случае убьет ее и ее ребенка. Именно поэтому, согласно новой версии подозреваемой, утром на следующий день Кадрия облила бензином будку рядом с домом и подожгла ее. Позже она была задержана. Имя этого мужчины Кадрия Мизинова отказалась назвать, сказав, что боится за жизнь своего ребенка. Со слов адвокатов подсудимой, возможным мотивом убийства Ильнары Ягудиной неустановленным мужчиной могли быть прежняя судимость, бизнес или какие-либо иные отношения с третьими лицами отца погибшей девочки.
Адвокат потерпевшей стороны Елена Левина считает, что рассказанная Кадрией история «притянута за уши».
— Я ей не верю, — говорит представительница родителей погибшей девочки. — Допрос Кадрии Мизиновой еще не закончен, поэтому ей предстоит еще многое объяснить. В преступлениях против личности, как правило, не бывает очевидцев. В данной ситуации обвиняемая пользуется тем, что девочки уже нет. В рассказе Мизиновой масса нестыковок. Даже если был какой-то мифический мужчина, с которым маленькая девочка была знакома, во всяком случае, с ним весело беседовала, с ее слов. Тогда что мешало этому мужчине посадить ребенка в машину, раз она его знала, и увезти? Нет, ему потребовалось, чтобы Мизинова привезла девочку в пиццерию. Тем более таксист показал, что в дом к Мизиновым Ильнара и Кадрия вошли вдвоем.
Представители стороны защиты утверждают, что из показаний таксиста следовало, что он не видел, как Кадрия и Ильнара вошли в дом Мизиновых. Они уверены, что следствие пошло не по тому пути.
— Из показаний Мизиновой видно, что она непричастна к совершению преступления, — рассказывают адвокаты Кадрии Мизиновой Борис Черноморец и Валерий Анашкин. — Органы предварительного следствия выбрали одну из многих возможных версий и, не проверив даже ее, несмотря на очевидные противоречия и нелепость этой версии, направили дело в суд. Не случайно сторона защиты использует доказательства, собранные обвинением. Именно из представленных обвинением доказательств видно, что изъятым ножом невозможно причинить имевшиеся на трупе ранения (орудие не может быть больше ран), следы крови, на которые ссылается обвинение, оставлены самой Мизиновой, свидетели, допрошенные по инициативе обвинения, видели лишь горящую конуру, и никто не видел труп. Другой свидетель сообщил, что его пытали, чтобы он подписал не соответствующие действительности показания. На руках Мизиновой, под ногтями, на одежде нет следов крови Ягудиной. Наконец, обвинением не представлено убедительного мотива для совершения убийства.
В этом деле много противоречий. Следствие объясняет их необдуманностью действий обвиняемой, которая под гнетом обстоятельств действовала, не разбирая средств. Адвокаты же напирают на абсурдность преступления, утверждая, что обвинения в убийстве их подзащитной, после того как Мизинова «засветилась» на видеокамере и при свидетелях увезла девочку в дом, выглядят чушью. Разобраться в этом деле и поставить окончательную точку в деле предстоит суду.
