Заложники снежного плена
Вчера снова перекрыли трассу Саратов-Волгоград, движение по которой было парализовано почти две недели. Тогда в снежном плену оказались сотни человек, есть жертвы. Кто сделал людей заложниками ситуации: стихия или люди? В этом попытались разобраться «Известия» в Приволжье.
Первые сообщения о заторе на трассе Саратов-Волгоград на границе двух регионов стали появляться 28 января. Напомним, движение на занесенной дороге было парализовано многокилометровой пробкой. В плену стихии оказались 273 человека и 210 машин. На то, чтобы расчистить дорогу и освободить людей, ушло несколько дней. 5 февраля трассу открыли, но ненадолго. Через два дня, 7 февраля, движение снова было блокировано вплоть до субботы, 11 февраля. Только спустя две недели наконец было объявлено, что дорога расчищена и движение возобновлено. Во время затора с трассы были эвакуированы трое волгоградских водителей, которым пришлось ночевать в степи. Одного из них, 59-летнего Юрия Фатеева из Жирновска, доставили в Саратовскую областную больницу в коме. Он умер на следующий день, не приходя в сознание.
Существует два взгляда на то, как пережили плен стихии водители увязших в снегу большегрузов и «легковушек». Первая версия такова: они испытали легкий дискомфорт, поскольку были обеспечены жильем, питанием и бензином. Как сообщает региональное МЧС, в зоне стихийного бедствия были подготовлены шесть гостиниц на 263 места, а в придорожном кафе «Валерия» для водителей было организовано бесплатное горячее питание. До общепита всех желающих возила, по данным пресс-службы ГУ МЧС России по Саратовской области, «Газель», которая курсировала вдоль остановившейся колонны в течение дня. И недостатка в бензине и другом горючем также не было — водители могли заправиться на стационарных заправках.
Другая версия более прозаична. Попавшие в беду дальнобойщики были фактически брошены на произвол судьбы. Гостиница без отопления и кафе с завышенными ценами проблемы не решали. Водители выживали благодаря взаимопомощи.
«Известиям» в Приволжье удалось связаться с человеком, проведшим на заснеженной трассе почти сутки.
— Я возвращался из командировки, ехал из Волгограда в Саратов, — рассказал очевидец событий, водитель Михаил Ильин. — Ехал на служебном автомобиле «Рено Логан». Первого февраля около 11 часов утра практически на границе Саратовской и Волгоградской областей видимость стала нулевой. Сотрудники ГИБДД начали разворачивать всю колонну, чтобы ехать обратно в Камышин — и все встало. Техника была, но никакого толку от нее не было: один трактор перевернулся, другой «Кировец» стоял заведенный, но в нем не было тракториста. Сотрудники МЧС подходили ко мне два раза. Первый раз спросили, есть ли в салоне женщины или дети (я один ехал). Второй раз поинтересовались, сколько у меня осталось бензина. Мои родители и родственники постоянно звонили по «горячей линии» в МЧС. Их заверяли, что все под контролем, просили подождать. Но на самом деле никакого контроля не было. Нам не предлагали ни теплой одежды, ни еды, ни воды. Техника, насколько я мог видеть, бездействовала. Соседнюю легковую машину занесло снегом по крышу. Примерно около 23.00 мне позвонили из МЧС Волгограда. Просили пройти 300 метров в сторону Камышина. Там, по словам звонивших, находился их «уазик-буханка». На нем они обещали меня эвакуировать. Я взял свои вещи и пошел в указанном направлении. Но никакого «уазика» там не оказалось. Вместо него стояла фура дальнобойщика, в которой собрались погреться несколько трактористов и водителей. Я постучался туда, потому что замерз ужасно. Мы сливали солярку из соседнего трактора, чтобы можно было согреться. Так мы просидели всю ночь. Под утро договорились с водителем 30-тонного трактора. Он согласился взять на буксир нашу фуру, в которую залезли 20 человек, и отвезти в ближайшую деревню Усть-Грязнуха в Волгоградской области. Там нас разместили по домам местных жителей. Здесь я смог впервые за почти сутки нормально покушать. В тот же день я добрался в Саратов на поезде.
По словам нашего собеседника, он смог так сделать, потому что ехал на служебном автомобиле. Те, кто застрял на своем транспорте, боялись оставлять машины и сидели в них до последнего.
— Служебную машину поехали забирать с трассы, когда стало можно проехать, наши водитель с механиком, — продолжил Михаил. — Они видели, как пробивала дорогу спецмашина, похожая на танк. Не понимаю, почему нельзя это было сделать вовремя, до образования затора. На мой взгляд, причиной сложившейся ситуации стал человеческий фактор, а не погодные условия.
Попавшие в беду люди снимали происходящее и выкладывали видео в интернет. Под каждой записью — длинные «хвосты» комментариев, в том числе недавних заложников снежного плена. Эти форумы красноречивее всего дают представление о происходящем на трассе: «Когда начинался снег, ни одной снегоуборочной машины не было. А когда навалило снега, оказалось, нечем его сдвинуть. Всю правду умалчивают!!!» — гласит одно из сообщений. «В любительской съемке говорится о том, что солярку привозят летнюю, ее водители брать не хотят, еду довозят не всем, но и на том, наверное, спасибо… Приехали местные и продавали хлеб по 80 рублей за буханку», — сообщается в следующем комментарии. А один из водителей прокомментировал, как водителей отправляли по объездной дороге: «Предлагают объезд через Энгельс — путь указывают через реку Еруслан. Там летом ходит паромная переправа, а зимой можно по льду, но только на легковой, максимум, на маленьком грузовичке. А по всем картам там мост! Но фактически километра три воды. Можно сделать крюк через Палласовку (город в Волгоградской области. — Авт.), но ситуация там еще хуже, чем в Камышине! Вариант объезда только через Воронежскую область». Но самое страшное это сообщение: «Замерзло два тракториста, которых отправили расчищать дорогу. Они успели по сотовому со своими попрощаться. В легковушке, которую замело полностью, пять человек замерзло. Ее нашли, когда чистить стали».
Мы попытались разобраться, почему было блокировано движение на трассе. По чьей вине погибли люди, о смертях которых умалчивают? Вариант с аномальной снежной стихией отпал первым:
— Дело не в выпавшем снеге, — рассказал «Известиям» в Приволжье начальник Саратовского областного центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды Михаил Болтухин. — Из-за ветра заметается не вся трасса, а отдельные ее участки. С учетом скорости, направления ветра и многих других параметров мы вычисляем эти проблемные участки и сообщаем об этом соответствующим службам. Такие предупреждения делаются не менее чем за сутки. На эти участки после наших предупреждений нужно срочно гнать технику, чего сделано не было. Когда надвигается снежная лавина, то каждая минута на счету. Техника должна постоянно быть на заметаемых снегом участках, уборочные машины, по идее, должны быть рассредоточены по трассе. Сильных аномалий нет. В январе были отмечены морозы ниже средних многолетних значений, но по осадкам отклонения от нормы совсем незначительные. Нельзя сказать, что раньше такого никогда не было. Готовиться нужно ко всему: мы же не в солнечной Флориде живем!
Как же все-таки было раньше? Почему удавалось избежать заторов несколько десятилетий назад?
— Мой отец в советское время работал шофером на автобазе, — рассказал саратовский водитель Александр Покоев. — В снегопад его поднимали ночью, и он с трех часов ночи до восьми утра чистил Ленинский район Саратова. Под его ответственностью был участок дороги от 20 до 50 километров. Тогда на весь Ленинский район всего две снегоуборочных машины ходило, но пробок не было никогда, потому что люди отвечали за свою работу и относились к ней ответственно. Сейчас же творится бардак!
Итак, стихия в создавшейся ситуации ни при чем. По-прежнему стоит вопрос: кто виноват? Как заверил пресс-секретарь министерства транспорта и дорожного хозяйства Саратовской области Алексей Корж, на саратовской стороне дороги были расчищены вовремя.
— На территории Саратовской области движение не останавливалось, — уверен Алексей Корж. — Начиная с 28 января и после этого трасса Саратов-Волгоград на территории нашей области была очищена. Блокировалось движение только со стороны Волгоградской области. Областное ГИБДД ненадолго закрывало движение на саратовской части трассы в Красноармейском районе, но не из-за неочищенных дорог, а из-за плохих метеоусловий. Поэтому все вопросы, связанные с затором, — к волгоградским властям.
Так мы и сделали — обратились в администрацию Волгоградской области.
— Не соглашусь с вашим региональным минтрансом, — прокомментировала ситуацию заведующая отделом пресс-службы администрации Волгоградской области Юлия Атопова. — В конце января были заносы и на саратовской стороне. Готовность у нас была. Специалисты объяснили создавшуюся ситуацию аномальными природными погодными условиями — сильным снегом и ветром. По их словам, на трассе разыгралась «низовая метель». Наши люди сделали все, что было в их силах, и даже больше того.
Таким образом, круг замкнулся. Синоптики говорят о неграмотной работе дорожников, специалисты ссылаются на аномальную погоду. Виноватых, как всегда, нет. Но кто объяснит это родственникам погибшего тракториста Юрия Фатеева и других людей, о смертях которых умолчали?
