— Татьяна Валерьевна, прежде всего хочу поздравить вас с победой и поблагодарить за эмоции, которые подарили болельщикам. Помните свои мысли, чувства перед победным прыжком Ильи? Понимали уже в тот момент, что вот оно — золото?
— Конкретно о том моменте ничего не могу сказать, потому что очень волновалась и специально вышла, чтобы не видеть разницу в баллах перед последним прыжком. Но то, что Илья может выиграть, я почувствовала, когда он сделал самый неудобный для него прыжок, который был заявлен во второй серии. Когда он его выполнил, поняла, что настроен как боец и все сделает для победы.
— Как настраиваете Илью перед ответственными выступлениями? Что говорите?
— Это наш секрет, и мы его не откроем (смеется).
— Расскажите о первых шагах олимпийского чемпиона. В какой момент пришло осознание, что его ждет большое будущее?
— Наверное, нельзя сказать, что это было в какой-то определенный момент. У всех воспитанников спортивных школ судьба складывается по-разному, и судить о том, сможет ли тот или иной мальчик добиться успехов в спорте, когда он только пришел в школу, невозможно. Не могу сказать, что Илья чем-то отличался от других ребят. Пятнадцать лет назад я работала с группой, которую набрала в сентябре, а Илья появился только в феврале, когда мы уже практически полгода занимались. Его привели родители, которые сказали: «У него очень много энергии, займите его делом». Конечно, когда мы набираем детей, с профессиональной точки зрения оцениваем их возможности, определяем, с кем будет интересно работать. Ребенка с задатками видно сразу. Мы их принимаем, тренируем, стремимся развивать мастерство, помогаем совершенствоваться. Но жизнь настолько сложная штука, что определить, кого из них ждет большое будущее, нельзя. Трудно сказать, из чего конкретно складывается успех. Думаю, что помимо задатков у начинающего спортсмена должны быть желание, трудолюбие, стремление к достижению высоких результатов. Я занималась со всеми одинаково, но у Ильи, наверное, было больше упорства и желания, в какой-то момент появились надежды и мечты. И мы к ним целенаправленно шли. Была мечта попасть на Олимпиаду. Мы туда не только попали, но и победили.
— Татьяна Валерьевна, вы сами успешно выступали за сборную СССР (Татьяна Коробко, известная болельщикам со стажем под фамилией Кобылина, является бронзовым призером первенства Европы 1985 года по прыжкам с трехметрового трамплина, серебряным призером первенства мира 1987 года. — Авт.). В чем, по-вашему, разница советской и современной российской сборной?
— В СССР было сложнее пройти отбор в сборную, конкуренции было больше. Да и масштаб был другой. Сейчас с одной России отбираются два человека, а тогда с целого Союза. Сложностей в подготовке спортсменов хватало и тогда, и сейчас. Считаю, я многого смогла добиться за свою спортивную карьеру. Но стечение обстоятельств, к сожалению, не позволило работать дальше. Мы состояли в обществе «Динамо», всю жизнь за него прыгали. И тут все начало рушиться. Закрывается «Динамо», другие организации, спортсменов передают в один комитет, второй, третий. Непростая атмосфера царила и в сборной. Вся эта неопределенность, неразбериха многих серьезно задела психологически. Многие успешные спортсмены были вынуждены завершить карьеру. Илья меня, конечно, превзошел, с этим не поспоришь. Более того, он превзошел все успехи, которые были в истории саратовских прыжков в воду, хотя у нас очень сильная школа. Он такой в Саратове один: был в свое время единственным чемпионом Европы по прыжкам в воду, теперь стал единственным олимпийским чемпионом. То, к чему мы стремились всей школой, осуществилось.
— Не каждый спортсмен после завершения карьеры становится тренером. Когда поняли, что это ваш путь?
— Я вообще никогда не думала, что это мой путь, и не стремилась к нему. Мечты детства я связывала с кулинарией или ресторанным бизнесом, собиралась поступать в кулинарное училище. И сейчас я очень люблю готовить. Можно сказать, что в профессии я благодаря моему тренеру Александру Николаевичу Столбову. Это он уговорил меня попробовать поработать с детьми. Когда я вышла после рождения ребенка на работу, мало понимала, зачем я здесь. Но спустя месяца полтора-два осознала, что это все-таки мое, не зря Александр Николаевич настаивал. Я выросла в школе прыжков в воду, в бассейне с восьми лет. Там и оказалась нужной.
| Дети занимаются в бассейне, которому пятьдесят лет. Пятьдесят! Он уже не соответствует никаким регламентам: ни соревновательным, ни тренировочным. Мы живем на великой реке Волге и... в конце года считаем, сколько у нас утонуло детей. Такого не должно быть. Надо создать условия не только спортсменам и тренерам, но и населению, чтобы люди могли привести детей в бассейн, где их научат плавать, и были спокойны. |
— Насколько я знаю, Илья Захаров — не единственный ваш ученик.